Как Карлос Слим создал свое состояние

Представьте себе, что продуктовый магазин, компания сотовой связи и крупнейшая фирма строительной техники в стране принадлежат одному и тому же собственнику. И чтобы вы ни покупали, вам никогда не обогатить его конкурентов.  По сути, именно такая ситуация складывается в Мексике, где живет один из богатейших людей мира, Карлос Слим.

Как он сколотил свое состояние, которое в сентябре 2023 года равнялось 92,1 миллиардам долларов по данным Forbes — это вопрос как деловой хватки, так и политических связей.

 

Лого корпоративного конгломерата и его владелец 
на перелнем плане. Фото с сайта Bloomberg Línea.
Авт. права: © 2010 Bloomberg Finance LP

Корпоративный конгломерат Grupo Carso SAB, обеспечивает Слиму владение долями в цементной, строительной, автомобильной промышленности, розничной торговле и других отраслях. Но главная часть его состояния сосредоточена в сфере телекоммуникаций, благодаря активам компании América Móvil.

Покупать проблемные активы, реинвестировать и продавать с прибылью – это кредо, руководствуясь которым Карлос Слим построил свой бизнес и преумножил состояние. Компании Слима имеют тенденцию монополистического удерживания рынков, которую мексиканское правительство так и не смогло взять под контроль или повлиять на нее. Однако новое законодательство помогло уменьшить долю компании Móvil's на рынке беспроводной связи с 72% в 2016 до 62% к концу 2022 года.

Еще одна часть Слим-микса это недвижимость и искусство. Он построил Музей Соумайя, коллекция которого насчитывает свыше 70,000 предметов.

Становление

Карлос Слим родился 28 января 1940 г. в Мехико. Его родители Хулиан Слим Хаддад и Линда Элу Атта были христианами-маронитами ливанского происхождения. Отец Карлоса, урожденный Халил Салим Хаддад Агламаз был отправлен в Мексику в 1902 г., чтобы избежать призыва в Оттоманскую армию. После прибытия в Мексику он сменил своя имя на Хулиан Слим Хаддад. Он стал одним из многих ливанцев, мигрировавших в Мексику в конце XIX – начале XX века и образовавших ливанскую диаспору.

Хулиан Слим как нельзя лучше вписался в сообщество, чьим основным занятием была торговля, открыл бакалейный магазин в 1911 г. Спустя 10 лет торговля расширилась настолько, что стоимость предлагаемого товара равнялась 100 000 долларов. На доходы от магазина он начал скупать элитную недвижимость в Мехико. То было время копеечных цен, вызванных Мексиканской революцией, длившейся с 1910 по 1920 г. Его разумные вложения в недвижимость, а так же его постоянная успешная оптовая и розничная торговля, сделали Хулиана богатым человеком, чье состояние насчитывало более миллиона мексиканских песо.

С ранних лет Карлос интересовался бизнесом своего отца. От него он получил первые уроки по управлению, предпринимательству, правильному ведению финансовой отчетности. В 1953 году, когда Карлосу было всего 13 лет, его отец умер. Карлос продолжил работать на семейную компанию, которая впоследствии была перешла к ему. Закончив школу, он поступил в Национальный Автономный Университет Мексики на специальность гражданское строительство. В то же время он работал там преподавателем алгебры и линейного программирования.

Во время учебы в университете Слим также заинтересовался экономикой, и посетил ряд курсов экономической тематики в Чили после окончания университета в 1961. Вскоре после этого он решил попробовать себя в качестве трейдера, проводя долгие изнурительные дни на бирже. Он открыл свою собственную брокерскую компанию Inversora Bursátil, в 1965 году. В 1966, когда ему было 26 лет, его трейдинг принес ему около $400,000, что равняется $3.9 миллионов долларов в пересчете на стоимость этой валюты в августе 2023 г.

Одной из самых больших возможностей для него стал кризис мексиканского песо в начале 1980-х в сочетании со стремительным падением цен на нефть. Происходила утечка капитала из страны и Слим купил ряд компаний по низким ценам. Примерами могут служить Cigatam (второй по величине производитель сигарет в стране), Reynolds Aluminum, General Tire и сеть розничных магазинов Sanborns.

«Владелец заводов, газет, пароходов…»

Слим является совладельцем буквально сотен компаний, в основном, посредством участия в них Grupo Carso SAB, его глобального конгломерата. Grupo Carso имеет доли в таких компаниях как Elementia, одной из крупнейших цементных компаний в Мексике, в Sears и Saks Fifth Avenue в сфере ритейла; ему принадлежит CICSA в энергетической сфере и Grupo Condumex, производитель и поставщик услуг в сфере строительства, инфраструктуры, энергетики, автомобилестроения, оборудования для телекоммуникаций и добывающей промышленности. У него есть даже акции The New York Times, хотя половину их он продал в 2017 году за 240 млн долларов. Но наибольшая часть богатства Слима приходится на сферу телекоммуникаций. Он владеет компанией América Móvil, бывшей Teléfonos de Mexico (Telmex). Telmex была давней телефонной монополией в стране, подобно американской  America’s AT&T Inc. В 1990-е годы правительство частично приватизировало компанию, Слим был одним из инвесторов, через свой конгломерат Grupo Carso (другими покупателями стали France Télécom и Southwestern Bell Corporation).

Цена составила $1,8 млрд, половину из которых внесла Grupo Carso за 20% акций. Слим возглавлял Grupo Carso и, таким образом, возглавил Telmex.

К 2012 году América Móvil, компания мобильной телефонии Слима, полностью выкупила Telmex и превратила ее в частную дочернюю компанию. Telmex и другая дочерняя компания Telcel  заняли 70% рынка мобильных и 80% рынка стационарных телефонов в Мексике.

В 2014 году компания продала ряд активов, чтобы привести свою рыночную долю к показателю менее 50%, как этого требовало новое антимонопольное законодательство в Мексике. Слим, по всей вероятности, не был огорчен этим, так как проданное имущество, такое как вышки сотовой связи, на тот момент оценивалось в 8 млрд долларов или более — неплохая прибыль по сравнению с первоначальными инвестициями.

Не только Мексика

América Móvil, через различные дочерние компании распространила свою деятельность за пределы Мексики. В США самым известный брэнд Слима стал TracFone, лоу-кост оператор сотовой связи, который был приобретен компанией Verizon в 2021 году. В Австрии компания Слима владеет большинством акций в Telekom Austria. Телекоммуникационная империя Слима охватывает практически все страны Латинской Америки.

Стратегия Слима

Однако, было вовсе необязательно быть выдающимся инженером и знатоком технологий телекоммуникаций, чтобы сделать компанию такой, какая она сегодня. Telmex инвестировал миллиарды в монтаж обновленной оптоволоконной сети в 1990-е, что дало компании возможность предлагать услуги высокоскоростного интернета. Схема типична для бизнес-операций Слима в течение всей его жизни: купить актив, реинвестировать и прибыльно продать. Телекоммуникации – всего лишь самая заметная часть этой стратегии. Преимущество этой стратегии в том, что она не требует глубоких познаний в какой-то конкретной отрасли. Все что нужно – это тонко чувствовать, что недооценено, а что – нет.

Также структура конгломерата позволяет Слиму иметь доли в столь разнообразных отраслях, что его состояние хорошо подготовлено к маневрированию в условиях глобальной финансовой турбулентности. Его акции могут потерять в цене в условиях общего спада на рынке, влияющего на всю экономику, но проблемы в телекоммуникационной отрасли не сильно повредят его цифрам, потому что в каком-то другом секторе, скорее всего, дела будут идти достаточно хорошо.

Помимо этого, Слима мало интересуют мелкие детали бизнеса, который он покупает. Любая сделка заключается именно для того, чтобы со временем продать свою долю с прибылью. Например, его покупка доли в The New York Times связана не столько с редакционной политикой, сколько с идеей о том, что газета может приобрести ценность как актив, как сказал Эдуардо Гарсия, редактор Sentido Común, сайта финансовых новостей, давая интервью журналу American Journalism Review в 2009 году.

Карлос Слим загоняет рынок в угол

Еще одна его особенность – монополистические практики. Первый пример - одновременно с приобретением Telmex, Слим купил одного из крупнейших мексиканских производителей медной проволоки. Затем он обязал Telmex покупать проволоку только у своей компании. Второй пример - мексиканское правительство годами боролось за то, чтобы ограничить доминирование Слима в телекоммуникационной сфере. Однако, когда правительство Мексики попыталось усилить конкуренцию в телефонном бизнесе, оно не учло тот факт, что новым компаниям приходилось платить Telmex за межсетевое соединение. Telmex просто установила очень высокие тарифы на это, из-за чего любому другому провайдеру было бы сложнее снизить цены, особенно на междугородние звонки. По словам Слима, эта практика в конечном итоге прекратилась после долгих переговоров между ним, правительством и конкурентами.

Даже когда антимонопольные законы вынуждают компании Слима продавать активы, возникает ощущение, что и продажа может быть просто попыткой обойти закон. Например, в 2014 году мексиканский суд обязал Telmex приостановить продажу подразделения, владеющего оптоволоконными линиями и телефонными вышками. Продажа осуществлялась с прицелом на то что, как только подразделение перестанет быть частью Telmex, оно, скорее всего, больше не будет подпадать под действие определенных антимонопольных правил, что даст Слиму больше свободы действий.

Критики отмечают, что, поскольку компании Слима владеют такими большими долями рынка и вытесняют конкурентов, мексиканская экономика ощутимо страдает. Отсутствие равных условий игры означает, что новым участникам сложнее бросить вызов действующему игроку.

Монополии тоже плачут

В 2015 году Слим был вторым в рейтинге самых богатых людей мира по данным Forbes, однако мексиканский магнат опустился на четвертое место и стал лидером финансовых потерь, исчисляемых в долларах, в списке миллиардеров Forbes 2016 года. В 2017 году он опустился на шестое место. По состоянию на 2023 год он занимает восьмое место. В последнее время более слабый песо и новое мексиканское законодательство нанесли огромный ущерб бизнесу Слима.

С годами мексиканское правительство активизировало свои усилия по ограничению его  монополий. В 2014 году президент Мексики Энрике Пенья Ньето подписал закон, направленный на усиление конкуренции в телекоммуникационной сфере. По сути, закон обязал основное предприятие Слима, América Móvil, подчиняться новым предписаниям, поскольку оно является основным конкурентом в сфере телекоммуникаций. América Móvil не может взимать плату со своих более мелких конкурентов, если они используют сеть компании, и компания обязана делиться своей инфраструктурой, такой как вышки сотовой связи, с конкурентами. Слим сказал, что эти правила, по сути, вынуждают América Móvil субсидировать соперников на рынке, а в августе 2017 года Верховный суд Мексики постановил, что разрешение конкурентам использовать сеть América Móvil бесплатно является неконституционным, хотя при этом суд не предписал им уплатить компании Слима соответствующие сборы задним числом.

Согласно Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в 2016 году компания América Móvil занимала 72% мексиканского рынка беспроводной связи. Однако AT&T начала тратить миллиарды, чтобы конкурировать с América Móvil, и к концу 2022 года эта доля упала до 62%, по данным Statista.

Немалая недвижимость

Хотя недвижимость не была областью, на которой Слим сосредоточил свое внимание в ранние годы, за последние два десятилетия она стала основной частью его портфолио. Частично это было естественным продолжением расширения конгломерата. В качестве примера можно привести открытие 20 торговых центров по всей Мексике, 10 из которых - в Мехико.

В 2010 году Слим приобрел особняк Дьюк Семанс, считающийся одним последних крупных частных резиденций на Пятой авеню в Нью-Йорке. В 2015 году его выставили на продажу за 80 млн долларов, но в 2016 году Слим снял его с продажи, не найдя покупателя. В январе 2023 года он вновь выставил его на продажу за ту же цену.

В 2015 году Слим приобрел в США два коммерческих здания: штаб-квартиру PepsiCo Inc. (PEP) Americas Beverages к северу от Нью-Йорка и здание Marquette Building в Детройте.

Главный комплекс штаб-квартиры Grupo Carso в Мехико, названный Плаза Карсо, включает в себя здания Музея Соумайя, Музея Хумекс, торговый центр Плаза Карсо, три жилых многоэтажных дома и три коммерческих офисных здания. Полная стоимость его возведения составила 1,4 миллиарда долларов.

А еще покойная жена Слима, Соумайя Домит, увлекалась коллекционированием произведений искусства, так что в ее честь он построил Музей Соумайя. В нем выставлены для посетителей почти 70 000 произведений искусства, в том числе самая большая коллекция произведений Родена за пределами Франции, а также ряд шедевров Ренуара, Пикассо, Ван Гога, Моне и Дали, и это лишь некоторые предметов музейной коллекции.

Можно ли считать Карлоса Слима мексиканским Биллом Гейтсом? И что насчет его теперешнего рейтинга в списке богачей мира?

Хотя некоторые проводят параллель между ними, состояние Слима больше похоже на состояние старой семьи Рокфеллеров, чем на состояние Билла Гейтса. Вместо того, чтобы строить финансовую империю на нескольких крупных инновациях в конкретной области, Слим сделал это посредством множественных приобретений и завоевания почти недостижимой доли рынка.

Слим был самым богатым человеком в мире с 2010 по 2013 год в рейтинге Forbes. По состоянию на 2023 год Бернар Арно, глава LVMH, контролирующей почти две трети мирового рынка предметов роскоши и моды, отобрал первое место у Илона Маска, который занял вторую позицию после его капиталоемкой покупки Твиттера. Слим сейчас на восьмом месте.

 Резюме

Карлос Слим Элу кирпичик за кирпичиком построил свое состояние на солидном фундаменте, завещанном ему отцом, и со временем стал самым богатым человеком в мире, даже сегодня, в возрасте 84 лет оставаясь восьмым в вышеозначенном ТОПе.  Его modus operandi — покупка компаний, оказавшихся в затруднительном положении, реинвестирование и дальнейшая прибыльная продажа. Помимо преимущества присутствия богатого отца, большая часть состояния Слима была получена за счет владения монополиями, это особенно очевидно в случае с его телекоммуникационной компанией Telmex. Подражать его примеру очень трудно предпринимателями, развивающим свой бизнес, например, в Америке, как из-за жестких антимонопольных законов в США, так и из-за того, что далеко не каждый начинающий бизнесмен может располагать унаследованным стартовым капиталом, подобным тому, что был у Слима.  

По статье

https://www.investopedia.com/articles/investing/103114/how-carlos-slim-built-his-fortune.asp

Георгин

Цветок георгина, или, как чаще его называют в народе, георгин, известен и любим во всем мире за свою красоту, но не каждый знает, что родом он из Мексики. Более того, 13 мая 1963 года тогдашний президент Мексики, Адольфо Лопес Матеос объявил георгин национальным цветком страны, и не просто так, а за культурное, историческое и хозяйственное значение этого растения.

В испанском языке георгин носит имя далия (Dahlia на латинском), но это далеко не первое его имя.

Современные разновидности георгинов, появившиемся
в результате усилий многих слекционеров. Фото с gob.mx

Одно из имен, под которым цветок был известен ацтекам, это атлькокотлисочитль, происходящий от трех слов на языке науатль атль – вода, кокотли – трубка, и сочитль – цветок, что в комбинации означает "цветок с полыми стеблями, наполненными водой".

С момента своего первого появления на полуострове Юкатан в 1519 году, испанцы не переставали удивляться красоте американского континента. В 1570 г., врач короля Филиппа II, Франсиско Эрнандес де Толедо (1517 – 1587) был послан в Новую Испанию с целью изучения ее природных богатств. Его отчеты стали первыми европейскими описаниями многих растений, в том числе георгина. В своей книге «История растений Новой Испании» Эрнандес де Толедо упоминает другие имена, под которыми георгин был известен народам Центрального нагорья Мексики: «Астасочитль, или цветок цапель, который называют еще Куаисталь Акокосочитль (цветок с водяным стеблем и белой головкой) – растение с клубневыми корнями, из которых растут стебли с редкими листьями, похожими на листья базилика, зубчатые, почти всегда группами по три, а на концах стеблей крупные цветки, содержащиеся в пленчатых чашечках, центр которых красный с желтыми пятнами и окружен редкими длинными белыми с красными листьями. Используется только цветок. Происходит из Мехико».

Или еще одна цитата из сборника его записей "Четыре книги о природе и достоинствах растений и животных медицинского использования Новой Испании»: «Жители Куаухнагуак (сегодняшней Куэрнаваки) назвают акокотли ("водяная трубка"), а жители Тепотсотлана – чичипатли ("горькое лекарство") это растение, у которого листья, как у нарда горного, но разделенные на пять листочков, cо множеством пазух, на концах стеблей, которые длиной в пядь, тонкие и пухлые, это растение имеет звездообразные цветки от желтого до красного цвета, и у него  два корня, похожих на желуди, которые заканчиваются двумя нитями, черными снаружи и белыми внутри».

Эрнандо де Альварадо Тесосомок, представитель правящей ацтекской династии и один из первых индейских историков, так же упоминает георгин:

"У них на озерах, в их земле Астлан, был храм, и в нем идол Уитцилопочтли, Бога для них, в его руке белый цветок, на стебле, совсем той же длины, что хорошая кастильская роза, не меньше аршина в длину, называют его астасочитль, со нежным запахом».

Еще одно индейское имя у цветка было шикасочитль по всей вероятности это название происходит от сочетания слов "хикама" (сладкий клубень, употребляемый в пищу) и "сочитль", цветок. И разнообразие названий, и исторические свидетельства (упоминания конкистадоров и Кодекс де ла  Крус-Бадиано, первый травник, составленный в Америке) говорят о том, что растение было популярно. Ацтеки занимались разведением георгина, украшали этими цветами храмы и жилища во время праздников и ритуалов, вдохновлялись формой цветка при изготовлении керамики и домашней утвари, одежды, а из лепестков получали натуральную краску, которой окрашивали хлопковую ткань.

Георгин родом из лесов умеренного климата центральной и южной Мексики. По данным Экологического Института Мексики род Dahlia насчитывает в этой стране 43 вида, большинство из которых являются мексиканскими эндемиками и сегодня ареал их распространения простирается от штата Чиуауа до Колумбии. При этом некоторые из них, как например вьющийся георгин Dahlia macdougallii, можно найти только в одной местности в штате Оахака. Георгины чувствуют себя дома в горах, на холмах, на высоте от 500 до 3500 м над уровнем моря, во влажных и сухих лесах, полупустынях.

Dahlia magdougallii, вьющийся вид геогина, чей ареал
ограничен только одной местностью в Оахаке. Фото CONABIO.

Несмотря на свою красоту в Европу георгин попал только в конце XVIII века – в 1789 году директор Ботанического сада Новой Испании Висенте Сервантес отправил клубни цветов в Мадрид, священнику и ботанику Королевского Ботанического сада в Мадриде Антонио Хосе де Каванильесу. Из клубней тот вырастил яркие цветы, ставшие предметом дальнейшей селекции, приведшей появлению современных разновидностей георгинов. Каванильес был первым в Европе, кто составил научное описание цветка, дав роду название Dahlia, в честь шведского ботаника Андреаса Даля, ученика Линнея. Каванильес так же занялся рассылкой посадочного материала в разные ботанические сады, так георгин добрался до Берлина, Дрездена, Монпелье, Парижа. Мадридский ботаник подарил клубни жене английского посла в Испании, леди Холланд. Через нее о георгине узнали в Лондоне.   

В течение всего нескольких лет цветок завоевал всю Европу, став центром внимания в садах Испании, Франции, Англии, Голландии, Бельгии и Швейцарии. Селекционеры получили большое разнообразие форм и цветов георгина, сравнимое разве что с разнообразием хризантемы.

В 1820-е и 1830-е годы георгины вошли в моду повсюду и цены на них существенно возросли. Теперь цветок по мнению экспертов занимал позицию декоративного растения. Каждый стремился посадить его в своему саду и популярность георгина стала даже затмевать хризантему. Увлечение георгинами все росло, в 1820 г. существовало более ста разновидностей, а в 1840 уже более 2000. Постоянно появлялись новые «хиты» - в 1828 г. это были карликовые георгины, в 1840 – георгины помпон и лилипут. В 1870 г. георгины кактус и фантазийные, в 1900 г. – георгины коллет, а в 1940 георгины кувшинки. Говорили, что даже французская императрица Жозефина была любительницей георгинов и в саду своего замка Мальмезон, недалеко от Парижа, содержала коллекцию самых красивых экземпляров.

Георгин-кактус.

В Англии же популярность цветка особенно выросла после наполеоновских войн и именно там было открыто первое общество любителей георгинов, в 1881 г. На сегодняшний день, по данным Королевского садоводческого общества в Англии, в мире зарегистрировано более 50 тыс. разновидностей георгина.

В Мексике георгин остается не только украшением, но и частью культуры, истории, традиции. Мексиканская ассоциация георгинов была создана в 1992 года для популяризации выращивания георгина, сохранения традиций его употребления (гастрономической и народной медицины). Сегодня с коммерческими целями георгины выращиваются в штатах Мехико, Тласкала, Нуэво Леон, Пуэбла. C 2007 года в Мексике 4 августа празднуется национальный день георгина и проводятся национальные выставки цветов. 

Особенно востребован цветок в штате Тласкала, где его планируют объявить нематериальным культурным наследием. И на то есть причины. Уамантла – живописный «чудесный городок», в котором проводится одно из самых ярких событий в стране – патрональные праздники в честь Девы Марии Милосердной, которые проходят ежегодно в течение всего августа с кульминацией 14 числа (еще его называют «Ночь, в которую никто не спит») . В этот день улицы городка украшаются расстеленными на них коврами, которые по сути являются картинами, созданными из опилок и цветов и покрывают в общей сложности более шести километров улиц. Для создания эфемерных полотен требуется до 25 видов цветов, но георгин – главный герой этих празднеств. 

Картины-ковры, создаваемые на улицах Уамантлы в августе,
из крашенных опилок и цветов. Георгин является неотъемлемой частью
этого эфемерного искууства. Фото México desconocido.

Как рассказывает хронист города, Хосе Эрнандес Кастийо, раньше художники изготавливали свои ковры из лесных цветов, собранных на холмах, но поскольку они вяли очень быстро, художники переключились на более благородные виды цветов, но и это решение их не устроило, из-за высокой стоимости. Не так давно кто-то обратил внимание на буйство красок георгина. Достоинство георгина не только в его яркости, но и в текстуре, которую художники искали в других цветах. И стоимость его не была слишком высокой. Так что после первых опытов с этими цветами, в штате спрос на них возрос настолько, что некоторые фермеры переключились с выращивания кукурузы на этот национальный цветок. В июле - августе, путешествуя по Тласкале, это отчетливо видно – яркие краски полей георгинов в обрамлении зелени кукурузы.

Но георгин в Мексике имеет не только декоративную ценность, но еще и гастрономическую и при этом обладает лечебными свойствами. Корень георгина используется в народной медицине при хроническом кашле, листья и сок – для борьбы с герпесом, и кожными высыпаниями, отвар сушеных луковиц обладает мочегонным действием. Это безвредный источник нутриентов, приемлемый для организма. Георгин способствует снижению уровня триглицеридов, холестерина, помогает сбросить вес. Луковицы растения богаты пищевой клетчаткой имеют достаточное количество белка, так что их употребление способствует нормализации кишечной микрофлоры.  

Исследователи Автономного Университета Чапинго (специализирующаяся на высшем образовании в сфере растениеводства, животноводства и лесоводства) провели многолетнее исследование с целью определить научно, какими свойствами обладает георгин. Результаты показали, что растение способно бороться с симптомами диабета.

Фитотехнолог Хосе Мерсед Мехиа Муньос из вышеупомянутого университета сообщил, что, в частности, потребление корней георгина помогает снизить уровень глюкозы при диабете II типа. Он провел исследование с группой людей, страдающих этим заболеванием, в ходе которого они регулярно потребляли корни растения.

“По нашим данным, клубни георгина содержат углеводы в форме инулина, который представляет собой пищевую клетчатку и считается пребиотиком в силу того, что содержит фрукто-олигосахариды».

Участники исследования продемонстрировали снижение уровня глюкозы в крови, равно как триглицеридов и холестерина. Они принимали настой клубней растения.

По отзывам участников, они почувствовали прилив энергии, уменьшилось ощущение тяжести в ногах, задержка жидкости в организме, среди прочих признаков заболевания.

Помимо этого исследования в университете показали, что употребление корней георгина нормализует кишечную микрофлору, пищеварение, способствует снижению веса, регулирует кровяное давление.

Неудивительно, что в давние времена в центральной и южной Мексики клубни георгина пекли, завернув их в листья агавы. Да и сегодня существуют рецепты, такие как курица с клубнями георгина, севиче из рыбы с клубнями георгина, авокадо, фаршированные клубнями и лепестками георгина.  Ведь этот цветок может обогатить своей текстурой и тонким ароматом супы, салаты, острые и кремовые соусы, традиционный напиток атоле, сладкие блюда.

В Тласкале, с 2022 года, после потерь, связанных с двумя годами пандемии, фермеры вернулись к выращиванию цветов, предназначенных первоначально для цветоводства и изготовления ковров на патрональном празднике в Уамантле, сейчас экспериментируют с излишками своего урожая, включая георгин в свою диету. Например, Сесилия Боланьос, цветовод из хозяйства «Далии Сан Луис» предлагает местным туристам экскурсию по своей цветоводческой ферме с дегустацией различных блюд, в рецепты которых включен георгин.

Как, например, эти:

Салат с георгином и манго

Ингредиенты:

500 г клубней георгина (вареных, варить до готовности 30 – 40 мин)

100 г белого лука

1 зубчик чеснока

30 г оливок

250 г манго (предпочтительно кисловатого сорта)

2 цветка георгина, только лепестки

1 большой лист салата

Соль и перец по вкусу

Приготовление:

Помыть и продезинфицировать все овощи. Отварить клубни георгина в двух литрах воды (в течение 30 мин). Смешать лук предварительно порезанные лук, чеснок и манго в миске для салата. Когда клубни георгина готовы, порезать их и добавить в салат, после чего добавить туда же порезанные оливки и цветочные лепестки. Посолить и поперчить по вкусу. На большой лист зеленого салата уложить полученную смесь и украсить лепестками георгина. Блюдо готово к подаче.

Цветочный суп-крем

Cуп-крем с георгином. Фото aderezo.mx

Ингредиенты (4 порции):

1 банка концентрированного молока без сахара

4 средних цветка георгина, предварительно помытых и продезинфицированных

1 чашка воды

1 бульонный кубик куриный

2 ст. ложки сливочного масла

2 мелко порезанных луковицы

1 упаковка сливочного сыра  

Перец и соль по вкусу

Приготовление:

Разогреть сливочное масло и слегка обжарить порезанный лук, добавить лепестки и обжарить в течение двух минут. После чего добавить молоко, сливочный сыр, соль и перец и бульонный кубик. Восемь минут варить на медленном огне, или пока не будет достигнута желаемая консистенция, затем добавить лепестки и варить в течение еще двух минут. Полученную смесь перемешать в блендере. Подавать горячим, украсив лепестками цветка.

Афромексиканцы

Афромексиканцы – часть населения Мексики, имеющая в своем генотипе преобладание генов из субсахарской (Черной) Африки и идентифицирующая себя соответственно. Они являются потомками черных рабов, которых в колониальную эпоху привозили в Новую Испанию в ходе трансатлантической торговли, либо потомками более недавних мигрантов из Африки, в том числе тех, кто переселился в Мексику из соседних англо-, франко- или испаноговорящих стран Карибского бассейна или Центральной Америки, потомками рабов, бежавших в Мексику из южных штатов США и в меньшей степени недавние мигранты напрямую из Африки. Афромексиканцы сконцентрированы в диаспоры или общины, в основном изолированные, территориально расположенные в регионе Коста Чика штатов Оахаки и Герреро, а так же в ряде городов на севере Мексики.

Афромексиканцы. Фото Mexico news Daily

Согласно недавним генетическим исследованиям многие мексиканцы имеют в своих генах небольшую часть африканского наследия (примерно 5% в среднем). Но, несмотря на это, афромексиканцами могут считаться лишь те, в ком такие гены доминируют.

В отличие от истории афро-латинского населения других испаноговорящих стран, где такое население значительно, история афромексиканцев менее известна по ряду причин. Среди них - незначительное количество афромексиканцев в процентном отношении к общему числу населения, браки афромексиканцев с представителями других этнических групп, расизм в Мексике (который существует и в других странах Латинской Америки) и традиция, укрепившаяся в Мексике рассматривать себя, как страну метисов. Хотя «метис» в оригинальном значении переводится как «смешанный»,  принять считать что речь идет о потомках связей между испанцами и индейцами и пренебрегая черной расовой составляющей современного населения страны.

По разным источникам, в колониальный период в Новую Испанию было завезено от 100 до 200 тыс. африканских рабов. Это были в основном мужчины, которые вступали в брачные связи с индейскими женщинами. В других случаях европейские поселенцы сожительствовали с африканскими рабынями, так как быстро появилось большое количество потомков смешанных связей. В Новой Испании возникла система каст, давшая название множеству типов расового смешения и ставшая основой расовой дискриминации. Эта система просуществовала до конца колонии, и лишь в независимой Мексике она, как и юридическое понятие расы, была отменена.

Создание мексиканской национальной идентичности, которое шло полным ходом в начале XX века, делало большой акцент на индейской и европейской составляющих генетического и культурного наследия мексиканцев, исключив африканскую часть из мексиканского национального сознания. И только в 1992 году мексиканское правительство официально признало африканскую культур одной из трех основных составляющих, повлиявших на становление Мексики.

Генетическое наследие выходцев из Африки со временем растворилось в более многочисленных группах индейцев и метисов в ходе многих поколений смешанных браков. Об этом говори т и тот факт, что по оценкам 2015 года 64.9% (896 829) афромексиканцев так же идентифицировали себя, как представители одной из коренных народностей страны. Помимо этого 9.3% афромексиканцев говорят на индейском языке.

Около 1.2% населения Мексики имеет доминирующие африканские гены; определяют себя, как афромексиканцы около 1.38 млн чел. Не все из них родились в Мексика, некоторые являются натурализованными гражданами, выходцами из стран карибского бассейна и Африки.

В ходе опросов 2015 года проводившихся между двумя большими переписями населения в Мексике афромексиканцам впервые была предоставлена возможность идентифицировать себя таковыми. Однако при ответах на вопросы интервьюеров многие люди упомянули о дискриминации и нарушении их прав, являющихся следствием их африканского происхождения. Некоторые из афромексиканских активистов, например Бенигно Гайярдо (Benigno Gallardo), считают, что их диаспорам не хватает чувства идентичности, не хватает признания со стороны мексиканской «мэйнстрим» культуры. Это, в основном из-за небольшого количества индивидов африканского происхождения и того факта, что их общины довольно таки изолированы.

История

После того, как формально было запрещено обращать в рабство коренные народности Новой Испании (количество индейцев существенно сократилось из-за европейских инфекционных болезней и непосильного труда в период с 1580 по 1640 гг.), количество ввозимых африканских рабов значительно увеличилось. Не все были привезены непосредственно из Африки, некоторые прибыли из других испанский колоний (с карибских островов, где много рабов трудилось на плантациях сахарного тростника). Это изначально подразумевало разницу между ними — эти последние, в отличие от первых говорили на испанском и могли лучше интегрироваться в колониальное общество. Они могли выполнять работы в городах, где жило много европейцев — прислуги, рабочих текстильных мануфактур, ремесленников и т.п.

Те, кого привозили непосредственно из Африки, в основном были выходцами из западного Судана, этнически принадлежавшими к народностям банту. Что касается распределения по полу, изначально рабы завозились в равных количествах мужчин и женщин, с тем, чтобы иметь от них как можно больше потомства, которое оставалось в рабстве и продолжало трудиться на рабовладельцев. Но затем эксплуататоры осознали, что мужчины крепче и могут выполнять большее количество разных работ, без изнурения, истощения, которые приводили к болезням и их скорой смерти. Таким образом, количество мужчин среди привозимых рабов достигло двух третей.

Рабство в ранний колониальный период 

Самыми первыми африканцами на американском континенте стали рабы, привезенные конкистадорами в период их военных кампаний. Одного из таких персонажей запечатлели в индейском кодексе Аскатитлана, как часть антуража конкистадора Эрнана Кортеса (Hernán Cortés). Бернардино де Саагун (Bernardino de Sahagún), долгие годы собиравший свидетельства индейцев о конкисте, также упоминает присутствие африканца с курчавыми волосами, в отличие от прямых «желтых» или темных волос испанцев. Мексиканский антрополог Гонсало Агирре Бельтран отыскал в источниках, что среди прибывших конкистадоров было шесть темнокожих. Один из них, раб конкистадора Панфило де Нарваэса (Pánfilo de Narváez) по сообщениям хронистов, оказался носителем черной оспы, которая затем распространилась и среди индейцев, став для них летальной настолько, что это существенно облегчило завоевание Теночтитлана. Но самый известный из этих шестерых - Хуан Гарридо, кениец по рождению, христианизированный в Португалии и прибывший с конкистадорами на американский континент в качестве свободного солдата.

Африканцы, сопровождавшие конкистадоров в их кампаниях в Новой Испании, хоть и считались рабами, скорее выполняли функции личных слуг и оруженосцев.

После завоевания Центральной Мексики индейское население, за исключением представителей местной знати, было порабощено. Однако институт индейского рабства не просуществовал долго и был запрещен испанской Короной (мятежники были исключением). Индейцев, однако, обязали работать на испанцев, тех, которые получили от Короны определенные участки земли в «поручение» («Энкомьенда», от испанского глагола «encomendar», «вверять»), по сути такой труд был ничем не лучше рабства. Случалось и так, что за работой индейцев надзирали черные надсмотрщики. Монах-францисканец Торибио де Бенавенте «Мотолиниа» (Toribio de Benavente “Motolinia”, 1482-1568), прибывший в Новую Испанию в 1524 году христианизировать индейцев науа, назвал черных «четвертым бедствием» для коренных народностей, по аналогии с тремя библейскими бедствиями. Он писал «в первые годы эти черные надсмотрщики были столь неизменны в своем дурном обращении с индейцами, загружая их непосильной работой, отправляя их далеко от их родной земли, давая им столько разных поручений, что многие умерли из-за них, от их рук, и это худшая часть этого положения вещей». На полуострове Юкатан были сделаны попытки ограничить присутствие черных в индейских общинах. В 1536 году в городе Пуэбла, основанном незадолго до этого испанскими поселенцами, были введен запрет на посещение африканцами общественного рынка, чтобы они не причиняли вреда индейским женщинам. В Мехико в 1537 году несколько чернокожих были приговорены к смерти за подготовку мятежа и повешены на главной площади, о чем упоминается в индейском кодексе (пиктографическом источнике) того периода. 

Как только военные завоевания центральной части современной Мексики были завершены, начали приезжать поселенцы, мигранты из Испании. Представители знатных родов могли позволить себе переселение семьями, с женами, домочадцами. Появился спрос на африканок-рабынь, которые могли выполнять роль домашней прислуги, прачек, нянек и т. п., в особенности в Пуэбле, городе, который с самого начала был испанским. Располагать черной прислугой не каждый мог себе позволить, и это тотчас же стало символом высокого социального статуса и достатка. 

Юридический статус выходцев из Африки и их потомков в колониальную эпоху

В первые декады колонии существовало два типа юрисдикции - Республика Испанцев и Республика индейцев. Африканские рабы, их потомки, равно как прочие выходцы из Старого света относились к первой юрисдикции. Хотя черный цвет кожи и ассоциировался со статусом раба, среди африканцев были и свободные люди со статусом резидента, очень небольшое число таких даже достигло определенного статуса, например Хуан де Монтальво (Juan de Montalvo), городской глашатай в Пуэбле, имевший связи с местной испанской элитой. Другие подобные ему поселенцы с африканскими корнями занимались торговлей земельными участками

Свободные чернокожие и мулаты были обязаны платить дань испанской короне (в отличие от испанцев), так же, как и индейцы. Но в отличие от этих последних они также подпадали под юрисдикцию Святой Инквизиции занимавшейся расследованиями случаев еретичества, колдовства, идолопоклонства и религиозного отступничества.

Свобода раба могла быть получена законным путем, по соответствующему письму бывшего владельца. Раб мог быть выкуплен, как об этом свидетельствует история Хуаны черной креолки (то есть рожденной в Новой Испании) в 1585 году она была отпущена на свободу посредством уплаты своей хозяйке большой суммы в 200 золотых песо (деньги были собраны усилиями мужа вольноотпущенницы, Андреса Морено (Andrés Moreno). Бывшая хозяйка Хуаны, донья Инес де Леон (Inéz de León), заявила в своем письме: «Изъявлением моей воли Хуана отныне и навсегда остается свободной, не обязанной никому служить. И в этом качестве она имеет право ехать куда бы то ни было, в любые места, какие пожелает, имеет право представлять свои интересы в суде, иметь и приобретать свою собственность, управлять и распоряжаться своей недвижимостью, имеет право составлять, изменять, отменять завещания, полностью или частично, назначать наследников и исполнителей по завещанию, распоряжаться собой и своей персоной по своему усмотрению, как любой свободный человек, рожденный от свободных родителей имеет право и должен делать».  

Сопротивление и бегство рабов

Хотя подавляющее большинство рабов не выражало открытого неповиновения и протеста, некоторые, борясь с положением в котором оказались, поднимали мятежи, бунты и совершали побеги от хозяев. Беглые рабы, которых называли «симаррон», в основном направлялись в горы на границе штатов Пуэбла и Веракрус (восточная Мексике), другие осели в регионе который сегодня называется Коста Чика штатов Герреро и Оахаки. В Веракрусе они основывали целые поселения, «паленке» (паленке — испанское слово, обозначающее огороженное место, плетень), где у них были свои собственные порядки. Время от времени власти пытались разогнать и выселить их, но это было нелегко — паленке находились вдали от городов, регулярной армии не существовало, к тому же жители таких самовольных поселков оказывали  сопротивление. Самый известный случай это история образования поселения Янга, «паленке» которым управлял беглый раб Гаспар Янга (Gaspar yanga). Несколько лет он противостоял властям, до тех пор они, пока они не признали автономию поселка в 1608 году, сделав его официальным поселением под названием Сан Лоренсо де лос Негрос (San Lorenzo de los Negros), сегодня он называется Янга. Он стал первым поселением свободных черных африканцев на американском континенте.

Статуя Гаспара Янги. Фото Erasmo Vasquez Lendechy

Общины свободных черных африканцев в Новой Испании

В XVII столетии свободные выходцы из Африки и их потомки, равно как мулаты и самбо, числом превысили чернокожих рабов. И это несмотря на то, что рабство находилось на пике в то время. Чернокожее население в Мексике было самым разнообразным в сравнении с другими колониями Америки. Рабы, завозимые в то время были в основном с территории современной Анголы и Гвинеи, и так как они не говорили на испанском, их называли «негро-босаль» («босаль» означает «намордник», «торба» и в данном случае указывал на то, что такой раб был все равно что немым). Мехико, будучи колониальной столицей, представлял собой исключительный образец культурной и генетической пестроты, при этом однако, было нечто, объединявшее испанцев, креолов, индейцев, африканцев, метисов, мулатов, самбо и их потомков – католическая вера. Католическое вероисповедание «стимулировалось» специальными проверками в этнически разнообразных общинах, из которых складывался Мехико. Духовные главы следили за тем, чтобы в этих общинах соблюдались нормы католического брака и жизненного уклада. Церковь и светские власти уделяли не меньше внимания христианизация чернокожих, чем христианизации индейцев в свое время. Ведь только отдалив не европейское население колонии от их прежних верований, обычаев, языка и прошлого, испанцы могли сделать их частью своего общества.

Формально завоз африканских рабов в Новую Испанию закончился в 1640 году.

Мексиканское националистическое движение, зародившееся в конце XVIII – начале XIX века, базировалось на убеждении - чуждом любым европейским империям - что смешение европейской и индейской кровей и культур позволит создать уникальную нацию. Однако при этом африканская лепта в культуру и генофонд новой страны была отвергнута и в какой-то степени сознательно забыта, отодвинута за пределы истории. По мнению ученого Х. Л. Беннета (H. L. Bennet) подобное забвение сравнимо с актом «этнической чистки».

Афромексиканцы и католическая церковь

Католицизм стал формой жизни большого количества африканцев в колониальном обществе. Порабощенные чернокожие были с одной стороны членами христианской католической общины, с другой считались движимым имуществом, собственностью своих хозяев. В целом церковь не выражала протеста против рабства, как общественного института. Исключение составляет лишь мнение доминиканского монаха Бартоломе де лас Касас (Bartolomé de las Casas), который высказывался о недопустимости принудительного рабского труда, и второго архиепископа Новой Испании Алонсо де Монтуфара (Alonso de Montúfar) также приводившего доводы против рабства. Монтуфар осуждал заокеанскую работорговлю, и, по его мнению, преимущества обращения африканцев в христианство в качестве рабов не перевешивало разрыва их связей со своими семьями и общинами в Африке. Однако его мнение и осуждение не было услышано.

Европейской элите Новой Испании было необходимо осуществлять идеологический контроль над черным населением, в особенности когда количественно оно прирастало за счет привозимых из Африки «дикарей». Эффективным инструментом идеологического контроля был христианский брак, так что церковь вмешивалась в отношения хозяев и рабов с целью обеспечить этим последним право жениться и выходить замуж в соответствии с католическим обрядом, иметь право выбирать партнера и иметь брачные права, как у всех прочих. Рабы старались пользоваться этой возможностью, чтобы хоть как-то ограничить абсолютную власть хозяев над их жизнями. К тому же для церкви статус раба, как христианина был куда важнее, чем его экономический статус «движимого имущества» по отношению к его хозяину. Неудивительно, что церковные записи о крещениях, браках и похоронах, а так же архивы Инквизиции указывают на то, что большой процент африканцев находился в лоне католической церкви. Обряды укрепляли связи и внутри афромексиканской общины – между брачными парами, крестными родителями и детьми, кумовьями, свидетелями церковных таинств и т.п., обеспечивая взаимную поддержку. 

Святая Ифигения Абиссинская. Статуэтка из Музея Afro Brasil,
Сан Паулу. фото Dornicke Wikipedia

Помимо этого африканцы, как и прочие жители Новой Испании образовывали сами или вступали в религиозные братства – группы мирян, действовавшие с разрешения католической церкви. Братства стали для них особым местом для укрепления связей индивидов в пределах организаций, превосходящих семейные и соседские. Бывало даже так, что братства для чернокожих африканцев были основаны европейцами или церковными иерархами или, очень часто, финансировались ими. И хотя европейцы использовали такие братства (организации, несмотря на название, могли объединять не только мужчин, но и женщин, «сестер») в целях «окультуривания» чернокожих, члены этих организаций могли сохранять и развивать в этих братствах свою собственную идентичность. Святыми покровителями таких организаций выбирались как правило чернокожие святые, как например Ифигения Абиссинская, что позволяло исповедовавшим католическую веру африканцам упрочить собственную значимость и ценность.

Кроме того, члены братств культивировали и часть их исконной идентичности, как африканцев, благо, что обилие праздников, шествий и религиозных процессий позволяло это сделать. Во времена барокко католические храмы изобиловали архитектурными украшениями, картинами, статуями, что создавало живую атмосферу и особую образность доктрины. Духовная сторона этого праздника, религиозное рвение, проявлялось и в других своих крайностях, таких, как акты умерщвления плоти, бичевание и т.п. Католические процессии в страстную пятницу воссоздавали живые картины страстей Христовых, позволяя человеку стать ближе к Христу, равно как предоставляли возможность всесторонне проявлять свою благочестие и набожность. Они были драматическим способом переживания индивидуальной духовности, приобщения к Евангелию. Однако была у этих религиозных церемоний еще одна сторона привлекательная для черных африканцев - это был едва ли не единственный способ показать на людях свое материальное благосостояние – и у многих оно было, приобретенное благодаря взаимопомощи, практиковавшейся в братствах. Оно выражалось в дорогих статуях святых, свечах, фигурках ягнят с серебряными диадемами и многих других предметах католического культа, которые использовались во время таких шествий.

Использование образа чернокожей святой, Ифигении Абиссинской имело и другую сторону – оно позволяло обозначить женскую идентичность. Важность подобного самосознания была исключительной для африканок, оказавшихся в колониальном обществе, проникнутом патриархальностью. В духовных организациях женщины в большей степени могли себя реализовать, добиться там лидирующих позиций, уважения в глазах испанского общества, даже некоторых привилегий. Они имели возможность заниматься благотворительностью, в частности, работая медсестрами в больницах для бедных. Также на их плечах лежал сбор пожертвований для финансирования деятельности братств, потому что они лучше справлялись с такими поручениями, чем мужчины. Однако, накопление уважения и привилегий женщинами в религиозных сообществах в XVIII веке привели к тому, что их стали контролировать и ограничивать мужчины, состоявшие в их же или подобных им организациях. Это случилось потому, что потомки африканцев испанизировались в течение нескольких поколений, переняв у европейцев и патриархальность жизненного уклада, утверждающего главенство мужчин во всех сторонах общественной жизни. К тому времени изменилась и социальная стратификация – она стала более сложной и при этом более жесткой, связав расу и происхождение с общественным статусом, хотя, достаток конкретного индивида или семьи зависел от этого меньше.

Религиозные учреждения сами были собственниками чернокожих рабов, включая и тех, кто был прикреплен к земельной недвижимости иезуитов, например. Также рабы жили при городских монастырях, рабыни были у некоторых монахинь, происходивших из богатых семей.

Экономическая деятельность

В основе таких значимых отраслей колониальной экономики, как выращивание сахарного тростника и горнодобывающая промышленность, лежал рабский труд. Так продолжалось примерно до середины XVII века. Далее роль рабского труда становилась все менее важной, вследствие разных факторов. После 1640 года испанская Корона разорвала связи с португальскими работорговцами, после того, как уния двух государств была расторгнута португальской стороной. Рабский труд на шахтах, как менее эффективный, был вытеснен трудом по найму. Во второй половине XVII века количественно выросло население метисов и индейцев, значительно увеличилось предложение на рынке труда. Это они трудились по найму в XVII - XVIII веках на горнодобывающих и горно-обогатительных предприятиях, но условия их труда практически не отличались от рабских. В поздний колониальный период рабы в основном, продолжали работать на предприятиях по производству сахара, на текстильных мануфактурах – вольнонаемные работники не горели большим желанием трудиться в таких местах. В конце XVIII века импорт дешевых британских тканей значительно сократил местное производство, спрос на рабочие руки упал.

В середине XVIII века сократилось не только число рабов, снизились и цены на них. Самые высокие цены на рабов были в период с 1580 по 1640, около 400 песо. К 1650 цена уменьшилась до 350 песо, долгое время не менялась, и затем упала до 175 песо за взрослого мужчину, в 1750 году. К концу колониального периода, рабский труд был почти полностью вытеснен трудом индейцев, иногда за долги.

Расовое смешение в Новой Испании

С раннего колониального периода африканцы и их потомки вступали в связи с индейцами или европейцами. Это привело к тому, что появилось разнообразие физических типов людей, и установилась система каст, с ее подчас странной терминологией, отражающей, какое количество крови той или иной расы было у индивида. Главными типами смешения кровей были метисы (европейско-индейская смесь), мулаты (африканская-европейская) и самбо (африканская-индейская). Они являлись детьми родителей разных рас, то есть первым поколением смешения. Дальше такие люди могли смешиваться с представителями чистых рас или с другими смешанными типами, и их потомки принадлежали уже другой касте. Например испанец (испанцы считались отдельной кастой, привилегированной) и мулатка рождали детей «морискос». «Мориско», сочетаясь с европейкой, имел детей, называемых «альбино». Часто люди, если была такая возможность, приписывали себя к той касте, чей социальный статус был выше, ибо проверить генетическую расовую наследственность родителей и уж тем более бабушек и дедушек было невозможно. Касты стали новоиспанской достопримечательностью для европейцев, появился даже особый жанр живописи - портреты родителей, представителей двух разных каст и их отпрысков, очень часто в окружении предметов, в одежде, типичной для этих каст. Основных каст было шестнадцать.

Так или иначе результатом этого смешения стало практически полное «растворение» африканской генетики в общей популяции. Недаром исследования показали, что в среднем все мексиканское население имеет около 4% африканских генов. Хотя есть еще одно мнение - что примесь африканских генов уже присутствовала в генотипе переселенцев из Испании, и, сильно разбавленная, передалась через многие поколения современным мексиканцам.

Рабство и мексиканская война за независимость

Повстанческое движение за независимость вылилось в войну, которая началась в  сентябре 1810 года. Лидером движения стал креол (выходец из испанской семьи, рожденный в колонии) католический священник Мигель Идальго и Костийя (Miguel Hidalgo y Costilla). У него не было четкой политической программы, однако, движимый либеральными идеями, вскоре после начала гражданской войны он опубликовал документ, в котором объявлял об отмене рабства и дани, которую уплачивали Короне индейцы, чернокожие и представители всех каст, кроме испанцев. В ноябре 1810 года Идальго писал: «хозяева рабов должны, будь они американцами [т.е. рожденными в Новом Свете] или европейцами дать [своим рабам] свободу в течение 10 дней, под угрозой смерти, которая, при несоблюдении данной статьи будет применена к ним». Однако, эта мера не была приведена в действие - сопротивление под руководством Идальго не продлилось долго. В  начале 1811 года он был схвачен, лишен сана и казнен. Но война за независимость на этом не закончилась.

Лидерство повстанческого движения перешло к другому священнику, Хосе Марии Морелосу (José María Morelos). Его программа независимости от Испании была воплощена им в документе «Чувства нации» (Sentimientos de la Nación), который он подготовил для заседания первого конгресса независимой Мексики (этот конгресс официально состоялся на территории колонии, т.к. военные действия между повстанцами и войсками короны шли полным ходом в разных штатах). 15ый пункт документа гласил: «настоящим навсегда запрещается рабство, равно как различия каст, все будут равны и один американец от другого сможет отличаться лишь добродетелью и пороком». Морелос тоже был схвачен и расстрелян, но движение за независимость, хоть и ослабло, но все же продолжалось. Спустя некоторое время основным очагом сопротивления стала территория нынешнего штата Герреро, движением руководил Висенте Герреро (Vicente Guerrero), уроженец горной части региона. Оказывавший ему сопротивление командующий правительственными войсками Агустин Итурбиде (Agustin Iturbide), из практических соображений примкнул к движению за независимость. 

Висенте Герреро, портрет выполненный
художником Анаклето Эскутиа (Anacleto Escutia),
1850 г. При жизни Герерро не было создано ни
одного его изображения, поэтом все его портреты
 отличаются определенной степенью неточности.

Его программой устройства новой нации, которую он разработал не без участия Висенте Герреро стал План Игуалы, в котором утверждались три гарантии будущей страны: независимость, монархическое устройство и католицизм, как единственная религия. Помимо этого, в Плане утверждалось, что все жители Мексики будут считаться ее гражданами, свободными в выборе занятия. Это была третья попытка отмены рабства, которая также не была воплощена в жизнь из-за политических разногласий и борьбы группировок в независимой Мексике. Только Висенте Герреро, ставший президентом в 1829 году издал декрет, окончательно отменивший рабство в том же году. Кстати, сам Герреро был смешанных кровей, обладал смуглой кожей и кудрявыми волосами. Традиция приписывает ему африканские корни, но научно это пока не удалось доказать. Если это на самом деле так, то его можно считать первым потомком чернокожих, ставшим президентом страны на Американском континенте.  

Конфликт с США из-за распространения рабства 

Хотя Мексика не отменила рабство немедленно после получения независимости от Испании, экспансия англо-американских поселений в Техасе с их чернокожими рабами стало предметом разногласий между Мексикой и США. Этот обширный регион был частью испанский колоний, но по сути не был заселен, за исключением нескольких миссионерских поселений. Мексиканское правительство, не способное сладить с непокорными индейскими племенами на своих северных территориях, поначалу не препятствовало и даже способствовало заселению их англоговорящими колонистами из США. Однако, эти колонисты с их чернокожими рабами, вместо того, чтобы обживать регионы с многочисленным индейским населением, ведущим кочевой или полукочевой образ жизни, предпочли обосноваться и создать свои фермы в восточном Техасе, соседствовавшим с Луизианой, принадлежавшей США. Мексиканский президент той поры, Анастасио Бустаманте (Anastasio Bustamante), обеспокоенный тем, что США аннексируют Техас, попытался ограничить в 1830 году заселение англоговорящими колонистами Техаса и запретил привоз туда новых рабов. Техасский рабовладелец и поселенец Стивен Ф. Остин (Stephen F. Austin) рассматривал рабство, как абсолютно необходимый элемент процветания поселений и добился законодательных поправок. К тому же в 1836 году Техас заявил об отделении и восстал против центральной власти Мексики в лице тогдашнего президента Антонио Лопеса де Санта Анна (Antonio López de Santa Anna), добившись своей фактической независимости. 

Отделение Техаса от Мексики подразумевало, что там законно могло продолжаться рабовладение и когда Техас был присоединен к США в 1845 году, он вошел в унию, как рабовладельческий штат. Мексиканские власти, однако, признали потерю этой территории только после проигрыша в Мексиканско-Американской войне (1846-1848) и подписания мирных договоров Гуадалупе Идальго. 

После позорного проигрыша в вышеупомянутой войне со Штатами, мексиканский президент Хосе Хоакин де Эррера (José Joaquín de Herrera) отправил в конгресс на рассмотрение проект создания штата Герреро, из частей соседних штатов Мичоакана, Пуэблы и Мехико, с целью почтить память Висенте Герреро, первого президента Мексики с африканскими корнями, уроженца этого региона. Это стало своеобразным ответом на победу рабовладельцев, отделение Техаса и проигрыш в войне с гринго. Мексика стала желанной целью для беглых рабов из США и так называемых черных семинолов,  этнической группы смешанного расового происхождения. Едва они пересекали границу и оказывались в Мексике, они становились свободными.

Афромексиканцы на побережье Тихого океана

Регион, называемый Коста Чика ("малое побережье", в переводе с испанского) простирается от Акапулько (штат Герреро) на северо-западе до городка Пуэрто Анхель (штат Оахака) на юго-востоке воль тихоокеанского побережья Мексики. Коста Чика не является регионом, изобилующим туризмом, так как в ней нет особых достопримечательностей, ни инфраструктуры, в особенности в местах, где проживают афромексиканские общины. Исключения составляют пляжи Маркелия (Marquelia) и Пунта Мальдонадо (Punta Maldonado) в Герреро и природоохранная зона Чакауа (Chacahua) в Оахаке. В колониальные времена регион был изолирован от остальной страны, вот почему он привлекал беглых рабов. Ситуация в отношении географической изоляции изменилась только в XX веке, когда развивался курорт Акапулько и было построено федеральное шоссе №200, идущее с севера на юг практически все время вдоль береговой линии и соединяющее между собой прибрежные города.

Дети из афромексиканской общины в Коста Чика, 
штат Герреро. Фото с сайта maxdemx

Африканские физические черты и идентичность афромексиканских общин в Коста Чика наиболее выражены потому что в силу вышеупомянутой изоляции беглые рабы и их потомки смешивались меньше с представителями других этнических групп. Не только черная кожа бросаются в глаза в этом регионе. Также в народных песнях, танцах и других видах фольклора сильны африканские элементы. Вплоть до относительно недавнего времени жилища в этих общинах представляли собой круглые глинобитные хижины, крытые соломой, такой тип строений был характерен для территорий, которые являются современной Ганой и Берегом Слоновой Кости. Сказки о происхождении общины часто центрируются на рабстве и в сюжетах фигурируют кораблекрушения (часто это корабль работорговцев) после которого оставшиеся в живых здесь обосновываются или речь идет о рабах, освобожденных за свою борьбу в рядах повстанцев в мексиканской войне за независимость от Испании. В регионе есть свой афромексиканский фольклорный Танец Дьяволов (Danza de los Diablos), исполняемый на День Мертвых. Танцоры исполняют его во время шествия по улицам поселков, наряженные в характерные костюмы и в масках, под звуки ритмичной музыки. Он считается образчиком религиозного синкретизма – католической религии и ритуала Западной Африки. Традиционно танец сопровождается игрой на западно-африканском инструменте , который здесь называют боте. Но его использование отмирает, так как молодежь не учится игре на нем.  

На побережье Коста Чика, в той части, что относится к Оахаке есть ряд “черных” поселков и городков, таких, как Корралеро (Corralero) и Сируэло (El Ciruelo). Однако самым крупным в регионе является муниципалитет Куахиникуилапа (Cuajinicuilapa), расположенный на территории Герреро. В городке есть музей Культур Афрометисов, в котором представлена история и самобытные традиции региона.

Афромексиканка из Герреро в традиционном
костюме, вышивки и крой которого являются
чисто индейским наследием. Фото с 
globaleducationcenter.org

Афромексиканцы в Коста Чика являются частью мозаики разнообразных культур, проживая среди общин, по большей части белых или метисов, а также индейских групп, издревле населявших эту землю – амусгов, миштеков, тлапанеков и чатинов. Афромексиканцев называют здесь «моренос» (смуглокожие) или «негрос» (черные). Второе название чаще используется индейцами. Опрос, проведенный в регионе, показал, что большинство афромексиканцев предпочитают, чтобы их называли «негрос», хотя есть немало и тех, кто проголосовал за «моренос» или даже «метисов». Надо отметить, что отношения между индейскими и афромексиканскими общинами довольно напряженные, из-за  распрей, уходящих корнями в прошлое. 

Афромексиканское население штата Веракрус

Подобно региону Коста Чика, в штате Веракрус имеется целый ряд «черных» городков, некоторые с явно африканскими названиями, такими, как Мандинга (Mandinga), Матамба (Matamba), Мосамбике (Mozambique) и Мосомбоа (Mozomboa). Названия других не такие нарочитые – Чакалапа (Chacalapa), Койолийо (Coyolillo), Янга (Yanga) и Тамиагуа (Tamiahua). Городок Мандинга, примерно в 45 минутах езды от порта Веракрус известен своими ресторанчиками, расположенными вдоль главной улицы. А в Койолийо ежегодно проводится карнавал с афро-карибскими танцами и другими африканскими элементами.

Исторически семейные и племенные группы африканцев, оказавшиеся в Веракрусе в период работорговли, оказались разделенными и рассеянными по разным поместьям, сахарным заводам и плантациям. Вследствие брачных связей с представителями других групп они в большей степени абсорбировались местным населением и спустя несколько поколений утратили основные элементы африканской идентичности. И такое расовое смешение привело к тому, что хотя Веракрус и считается «самым черным» штатом Мексики, людей с черной кожей и африканскими чертами ошибочно принимают в нем за выходцев с островов Карибского бассейна, то есть, не настоящих мексиканцев.

Как уже было сказано ранее, «черные» поселки образовались в колониальные времена, так как в этих местах сосредотачивались рабы, сбежавшие от своих хозяев, и самым известным примером является городок Янга, бывший Сан Лоренсо де лос Негрос. Сейчас он назван по имени своего легендарного основателя Гаспара Янги, но надо сказать, что в нем практически не живут афромексиканцы - все они рассредоточены по маленьким деревенькам муниципалитета.

Культурные традиции выходцев из Африки и Карибских островов очень заметны в Веракрусе. Они оказали влияние на музыку и танцы штата, импровизированную поэзию, религиозные верования и еду. Музыкальная форма штата Веракрус, называемая сон, прославился на весь мир, ведь хит Ла Бамба является его образцом. Но сон не появился бы в Веракрусе без африканского культурного влияния. Что касается гастрономии Веракруса, в ней тоже нетрудно найти африканские детали, в смешении с автохтонными и европейскими влияниями. Один из гастрономических элементов Веракруса – использование арахиса в приготовлении блюд. И этот момент очень интересный. Дело в том, что сам арахис – родом из Месоамерики, то есть, из Мексики, но в доиспанские времена он не использовался широко, по крайней мере, свидетельств его широкого использования нет. После Конкисты европейцы завезли его в Европу и Африку, где местное население адаптировало его в своей кухне и он стал ингредиентом тушеного мяса, соусов, а также других блюд. Рабы, привезенные в последующие столетия в Новую Испанию, привезли с собой эту страсть к арахису. В гастрономии Веракруса она хорошо видна – от блюда называемого энкакагуатадо (тушеное мясо с соусом из арахиса и перцев чили), до алкогольного напитка торито и сладостей (особенно тех, что делаются в городке Тлакотальпан (Tlacotalpan), соусе под названием сальса мача. Кроме того, следы африканского влияния усматривают даже в знаменитом моле из соседнего штата Пуэблы. Интересно, что такое широкое гастрономическое использование арахиса почти не распространилось далее на запад, оставшись элементом региональной кухни Веракруса и Пуэблы.

Курица в арахисовом соусе. Фото Superama

Еще один ингредиент африканского происхождения, прочно укрепившийся в гастрономии Веракруса и Герреро, это платано мачо, разновидность банана, который не используется непосредственно в еду, а для приготовления блюд. В Мексику по одной версии он попал из Африки через Канарские острова. По другой – его привезли с Филиппин на Манильском Галеоне (так назывались корабли регулярно пересекавшие Тихий океан и служившие сообщением между двумя колониями испанской Короны). В Веракрусе он широко применяется для приготовления булочек, пирожков, десертов, блюд на гриле и многого другого. И третий ингредиент, придающий африканский штрих региональной гастрономии - использование различных тропических клубней, богатых крахмалом, такие как кассава, маланга, таро и батат (в Мексике его называют камоте, и родом этот последний именно отсюда). 

Афромексиканское население севера Мексики

В некоторых небольших городках в северной части Мексики, в особенности в штате Коагуила так же заметно присутствие населения с африканскими корнями, равно как и в населенных пунктах вдоль границы с Техасом. В XIX веке беглые рабы и свободные черные американцы мигрировали в соседнюю страну и обосновывались здесь. Одна из наиболее известных и характерных групп называются маского (muscogos) и является ветвью черных семинолов, первоначально проживавших во Флориде. Семинолы были индейским племенем, чей генофонд обогатился африканским пулом генов за счет активного смешения с беглыми рабами и чернокожими свободными американцами. Многие их потомки проживают в городке Насимьенто (El Nacimiento), в муниципалитета Мускис штата Коагуила. Их предки обосновались там в 1852 году, когда после насильственного переселения семинолов и черных семинолов на Индейские территории из Флориды, группа непокорных, под предводительством семинольского вождя по имени Дикий Кот и черного семинола Джона Хорса, двинулась на юг и пересекла границу. В Насимьенто эти новые поселенцы быстро нашли, чем заняться – по соглашению с мексиканским правительством они защищали оседлое население от набегов индейцев-кочевников из других племен. Многие из семинолов  и черных семинолов умерли во время эпидемии чумы, немало затем вернулось обратно, в США.

В мае 2017 года губернатор штата Коагуилы, Рубен Морейра Вальдес  (Rubén Moreira Valdez) подписал декрет, закрепляющий за маского статус «коренной народности Коагуилы», что открывает возможность  поддержки этой общины Национальным Институтом индейских народностей. Так же губернатор заявил, что маского, кикапу и китайские мигранты являются этническими меньшинствами, внесшими свою лепту в историю и культуру Коагуилы.

Слово маского возможно от слова маскоги (название языка индейских племен маскоги и семинолов. Капеюйе, вокальная форма мексиканских маского, сопровождающаяся хлопками в ладоши, традиционно исполняется на похоронах и праздниках – Рождества и Нового года. В 2015 году даже был записан диск капеюйе, исполнительницами песен были четыре женщины из числа старейшин общины.

Женщины маского в традиционных костюмах.

Маского в Мексике празднуют 19 июня, День освобождения рабов в США. Во время празднования в Насимьенто собираются родственники, живущие и работающие в отдалении. Так же приезжают представители черных семинолов из Брэкеттвилла (Brackettville), Техас.

Типичные блюда кухни маского включают в себя соске (разновидность атоле), тетапун (хлеб из сладкого картофеля), пирожки с начинкой из тыквы или пилонсийо.  

Традиционный костюм женщин маского это длинное платье в горошек, фартук и платок, завязанный вокруг головы. Но глядя на внешность маского нельзя не заметить, что они – мексиканцы. В 2016 году единственной «чистокровной» представительницей маского была 85-летняя Лусиа Васкес (Lucía Vázquez). Это безусловно, результат смешанных браков. По словам Омеро Васкеса (Homero Vásquez), одного из старожилов общины, в 1930-х годах был значительный приток фермеров-колонов в эти края, что повлекло за собой увеличения числа браков с «чужаками». Помимо этого значительное количество молодежи мигрирует в другие части страны и в США, в поисках лучших возможностей, которых в Насимьенто практически нет.

Маского вплоть до недавнего времени говорили на креольском языке афро-семинолов, но сейчас он используется в основном для капеюйе и в разговорной речи – по большей части старожилами.