В последнее
десятилетие в разных частях Мексики стали стихийно возникать вооруженные
формирования из гражданских лиц, целью которых стала защита городов, поселков,
кварталов или даже отдельных улиц больших городов от крупных или не очень
крупных преступных группировок. С одной стороны это можно рассматривать, как
реакцию на волну насилия, затопившую страну – убийства, похищения с целью
вымогательства и бесследные исчезновения десятков людей при бездействии местных
и национальных органов безопасности подталкивают рядовых людей оборонять от
преступников то, что было заработано ими с тяжелым трудом, и то что для них
бесценно.
Однако, на самом деле, причинами, подтолкнувшими его взяться за оружие, стало то. Что наркотрафиканты – Тамплиеры полностью контролировали всю цепь производства лимонов, диктуя конкурентам, что и как делать.
На тот момент
преступники занимались вымогательством у фермеров, производителей сельхозпродукции
и оптовых торговцев лимонами в Мичоакане. Они, помимо этого, сами решали, кто и
когда мог продавать лимоны предприятиям – упаковщикам. Все это делалось для того,
чтобы держать цену высокой и довольно ощутимо сказалось на конечном
производителе (речь идет о зеленом лимоне, который используется, как приправа
для таких блюд, как такос, кесадильи и пр., т.е. продукте, очень популярном для
рядовых мексиканцев – прим. перев).
В начале 2014 года
федеральные власти начали акцию по разоружению Мичоакана. Нынешний президент Мексики,
Энрике Пенья Ньето (Enrique Peña Nieto) отправил своего доверенного
человека Альфредо Кастийо (Alfredo Сastillo) в неспокойный штат, в качестве
специального комиссара. Его целью было сделать обстановку в Мичоакане более мирной
и подчинить группы самозащиты. Он создал там Сельские силы безопасности, из
самодеятельных отрядов, одел в форму импровизированных агентов сельской полиции
и зарегистрировал их оружие в Министерстве национальной защиты. Те же, кто не
захотел подчиниться, получили свое «наказание, как это случилось с
харизматичным лидером группы самозащиты, Хосе Мануэлем Мирелесом (José Manuel Mireles), который,
будучи обвиняемым в незаконном ношении оружия, до сих пор находится в
заключении. В тактические задачи Кастийо входило ослабить группы самозащиты,
показав «твёрдую руку». В течение своего срока пребывания в Мичоакане, было задержано
32 участника картеля Тамплиеров, хотя их глава, Сервандо Гомес (Servando
Gómez), про прозвищу Тута (La Tuta), продолжал оставаться на свободе (он был
пойман позже).
Общая цель защитить
процесс общинной организации жителей горного региона сохранился, а группы гражданской
самозащиты превратились в Систему Гражданской безопасности и Правосудия (SSJC), укрепившись тем самым как
территориально, так и структурно, кроме того, что их действие распространилось
на ряд новых муниципалитетов, в частности в сельской части Акапулько.
С другой стороны,
группы общественной самозащиты тем не менее, не могут не быть полемическими и
даже одиозными для кого-то образованиями, так как в первую очередь они
незаконны, и к тому же их часто обвиняют в том, что они финансируются картелями
– противниками тех, с которыми осуществляют борьбу. Тем не менее, некоторые их
лидеры пользуются большим уважением и поддержкой среди обычных граждан, служа
при этом образцом борьбы за справедливость, так как подвергаются гонениям
властей, и часто оказываются заключенными в тюрьму за незаконное ношение
оружия, получая большие сроки, в то время как коррумпированные чиновники,
подвергшиеся разоблачениям журналистов и активистов-общественников, очень часто
уходят от административной и уголовной ответственности.
Особенно активно
формирование групп общественной самозащиты, или, как их еще называют,
Общественной полиции, начало происходить в 2012 - 2013 годах, в штатах Мичоакан
и Герреро. Мичоаканские группы общественной самозащиты в настоящий момент
проходят процедуру узаконивания и «очистки», с тем, чтобы избежать столкновений
между ними и федеральной полицией и войсками.
При этом нельзя
не заметить, что борьба с незаконными вооруженными формированиями, выливающаяся
в открытые военные столкновения с войсками, часто используется как повод для
акций государственного терроризма. Только за период 2014 – 2015 года произошло
несколько кровавых расправ с большими группами людей, которые, по данным
независимых расследований не были даже вооружены, ни тем более, не существовало
никаких доказательств того, что убитые осуществляли незаконную деятельность или
занимались преступностью (Массовой похищение в Игуале (Герреро), сентябрь 2014,
бойня в Тлатлайе (штат Мехико), июль 2014, бойня в Апатцингане (Мичоакан),
январь 2015) а выжившие подвергались пыткам и издевательствам со стороны
федеральных военных и полицейских.
Предпосылки
возникновения общественной полиции и групп гражданской самозащиты
В начале президентского
срока Фелипе Кальдерона Инохосы (Felipe Calderón Hinojosa), (речь идет о периоде с 2006 по 2012
г.), началась военные операции против наркотрафикантов
на территории ряда штатов. В Мичоакане их осуществлял Оперативный Корпус Мичоакана.
Тем не менее, также, как случилось и в некоторых других федеральных образованиях
- Тамаулипасе или Веракрусе, военная
мощь преступных группировок не уменьшилась. Военная кампания против наркокартелей
привела к мощным ответным контратакам. Возникли группы общественной самозащиты,
которые подлили масла в огонь, став еще одной воюющей стороной в военной
кампании Кальдерона против наркокартелей. Часто в стычках между
правительственными войсками и группами самозащиты, либо военными
подразделениями наркотрафикантов жертвами становилось мирное население.
Часто те, кто не очень
хорошо знает ситуацию в конкретных штатах Мексики, смешивают феномен
возникновения групп самозащиты с Объединёнными группами самозащиты в Колумбии,
не учитывая разницу политического, исторического контекста и целей. В Колумбии группы
самозащиты были созданы политиками, военными, владельцами больших
животноводческих ферм, предпринимателями и гражданами, для того, чтобы бороться
с незаконными военными формированиями (партизанами), однако впоследствии эти
группы самозащиты стали еще одним действующим лицом в мире наркотрафика, вплоть
до превращения в террористов и незаконные вооруженные формирования.
Это не имеет
ничего общего с гражданской полицией в штате Герреро, ни с группами самозащиты
в Мичоакане, хотя по мнению некоторых, в том числе распространяемому по
официальным каналам, первые связаны с партизанскими группировками, а вторые с
картелем Халиско.
История
Общественная
полиция и группы общественной самозащиты в Мичоакане
Картель Гольфо и Лос Сетас отбили части штата Мичоакан,
называемые Тьерра Кальенте у Картеля Миленио,
и у конкурирующих с ними преступных группировок начали создаваться отряды, целью
которых было уничтожение карательных подразделений вышеуказанных картелей. Затем
в том же регионе начала действовать Фамилиа Мичоакана, еще один картель,
который после своего распада дал начало Рыцарям Тамплиерам. Эти два последних
картеля были исключительно местной формации, они пытались вытеснить картели Мексиканского
залива – Гольфо и Сетас, и вели с ними постоянную войну.
Гольфо и Сетас
имеют славу одних их самых кровожадных и жестоких бандформирований, поэтому
неудивительно, что когда прошел слух о новой организации, которая боролась против
них – Рыцарей Тамплиеров, поначалу часть гражданского населения начала
поддерживать этих последних. Но, как это часто бывает, группировка, заявляющая о
том, что она создана для того, чтобы восстановить справедливость, начинает
совершать все те же преступления, что и те, против кого борется – убийства,
похищения, вымогательство. Так и Рыцари Тамплиеры стали столь же пугающими и
одиозными, как Сетас или Фамилия Мичоакана. Тьерра Кальенте является сельскохозяйственным
регионом, здесь имеются довольно крупные
фермы, за которые их владельцам пришлось бороться с главами местных властей,
практически срастившихся с верхушкой Рыцарей. По причине волны насилия, охватившего регион,
местные жители оказались практически заложниками организованной преступности. «Взнос»
нужно было платить за все – бизнес, дом, машину, и даже за жену.
В таких условиях
началось возникновение групп самозащиты. В Мичоакане оно происходило на
плоскогорье пурепеча (центральная часть) и в регионе Тьерра Кальенте (запад
штата). В обоих местах были свои особенности их создания. На плоскогорье
пурепеча до сих пор проживают представители коренной народности с одноименным
названием, в которых сильна привязанность к земле и общинному укладу жизни. С
2011 года на территории муниципалитета Черан (Cherán) и в некоторых других поселках с преимущественно индейским населением
стали возникать группы Общественной полиции, чьей основной задачей была защита земли
и собственных общин. Организации общественной полиции в маленьких поселках
также имели свои собственные органы правосудия и даже методы «перевоспитания»
преступников, пойманных ими, или их социальной реадаптации, основанные на
традициях и обычаях индейских народностей.
В 2011 году
группы общественной полиции в Мичоакане потеснили незаконных рубщиков лесов,
связанных с картелями «Мичоаканская семья»
и Тамлиеров.
В регионе Тьерра Кальенте
(Мичоакан) группы общественной самозащиты стали возникать в начале 2013 года. Их
основной задачей было воспрепятствовать беспределу, который творили представители
картеля Тамплиеров. «Взнос» нужно было платить за все – бизнес, дом, машину, покупку
продуктов питания. Плата частенько взималась насилием над женщинами.
В отличие от
общественной полиции преимущественно индейской по своему составу в Мичоакане,
группы самозащиты не обороняли свои земли или сельскохозяйственные угодья от
разрушения их наркотрафикантами. Также они не основываются на индейских традициях
и обычаях, и не имеют своей системы правосудия. Их задачей является организация
в целях защиты от посягательств организованной преступности на их жизни и жизни
их близких, а также их имущество. В
какой то степени такие группы можно отнести к организациям, базирующимся в
городах, а не на селе, и защищающих частные, а не коллективные интересы.
Один из ярких
случаев - организация группы
общественной самозащиты в муниципалитете ла Руана (La Ruana) 24 февраля 2013 года, под руководством местного плантатора, занимающегося
культивацией лимонов, Ипполито Моры Чавеса (Hippólito Mora Chavez), которые начали борьбу против Тамплиеров и связанных
с ними представителей местной власти. Мору даже обвинили в том, что он –местный
князек, подкупленный наркобаронами, поэтому и создал группы самозащиты из
бывших карателей картеля Халиско, врагов тамплиеров, к которым примкнуло
несколько гражданских. Якобы, это было можно определить по вооружению, которое
использовали участники группы, предназначенное исключительно для использования вооруженными
силами, которое руанцы получили незаконным способом от представителей картеля
Халиско. Однако, на самом деле, причинами, подтолкнувшими его взяться за оружие, стало то. Что наркотрафиканты – Тамплиеры полностью контролировали всю цепь производства лимонов, диктуя конкурентам, что и как делать.
![]() |
Иполито Мора Чавес (Hipólito Mora Chávez) слева на вручении награды почетного гражданина Мичоакана на церемонии "Cambio periódico de Michoacan" |
Мора рассказывает:
"(Тамплиеры) дошли до крайности –они нам давали всего два дня, чтобы собрать
урожай. Все Тамплиеры люли богатые, у всех очень большие лимонные плантации. Чтобы
держать высокую цену, они не давали нам, сем остальным собирать лимоны…
Стихийное
формирование групп самозащиты было значительным и в течение 2013 – 2014 года
группы общественной самозащиты занимали, в военном смысле слова, городки
региона Тьерра Кальенте, смещая с должностей коррумпированных муниципальных
чиновников и устраивая свои собственные правительства. По мнению журналиста, специализирующегося
на темах безопасности, «захват власти в различных муниципалитетах
представителями объединений самозащиты, в политическом и экономическом смысле
равнозначно государственному перевороту в локальном масштабе». Это чревато тем,
что «на местах не оказывается мэров, которые управляют бюджетными средствами,
ни обеспечивают услуги жителям муниципалитета, ни принимают соответствующих
решений».
Со временем группы
общественной самозащиты стали регистрироваться в Министерстве Национальной Обороны
(SEDENA) и зарегистрировали свое
оружие. Хотя бытует мнение о том, что они представляют опасность для населения,
поскольку имеют гораздо больше незарегистрированного оружия. Поэтому, причинами
ареста лидеров таких групп часто становится обвинение в незаконном ношении оружия.
![]() |
Хосе Мануэль Мирелес (José Manuel Míreles) и представители его группы (Мичоакан) в день регистрации оружия в Министерстве национальной безопасности |
Спустя год
Кастийо был отозван президентом обратно, по официальной версии, чтобы «не
оказывать субъективного влияния на предстоящие летом 2015 года промежуточные
выборы глав муниципалитетов в штате». Но есть много свидетельств лиц,
недовольных политикой Кастийо. По сути и разоружение оказалось неэффективным, и
мир в Мичоакане так и не настал.
Наряду с другими
кровавыми происшествиями в Мичоакане, самыми громкими случаями вот эти:
15 мая 2015 год
один их бывших лидеров групп самозащиты, созданных в феврале 2013 года в ответ на
разгул преступности и зверства Тамплиеров, по имени Энрике Эрнандес Сауседо (Enrique Hernández Saucedo), который в тот момент баллотировался на
должность мэра Юрекуаро от левой партии MORENA, был застрелен прямо в разгар предвыборного митинга
в центре городка Юрекуаро, группой вооруженных людей, ехавших в пикапе. Кроме
Эрнандеса на месте преступления оказалось трое раненых, в том числе одна
несовершеннолетняя.
От Эрнандеса уже
пытались избавиться ранее - в 2014 году он
был обвинен в убийстве Густаво Гарибая, произошедшего в апреле того года, и
заключен под стражу без ордера на арест и формальной процедуры. По докладу Комиссии
по правам человека, Эрнандеса пытали, с тем, чтобы добиться от него признания. Спустя
несколько месяцев его освободили за неимением доказательств содеянного. Смерть
Густаво Гарибая до сих пор остается нераскрытой.
В одном из
видео-обращений, опубликованных в Интернет, Энрике Эрнандес уже сделал некое предупреждение, сказав, что
его враги – тамплиеры и коррумпированные чиновники, а стало быть, нельзя слагать
оружие. В день, когда это произойдёт, он уже считай, покойник, сказал Эрнандес
о самом себе.
Впрочем, нельзя
сказать, что правительственные войска полностью бездействуют - в конце мае 2015
года на территории муниципалитета Тангуато, Ранчо дель Соль стало местом самого жестокого сражения между представителями
федеральных войск и вооружённым отрядом наркотрафикантов. На этом гигантском участке
земли, расположенном вблизи одной из автострад, соединяющих столицу Мичоакана и
Гвадалахару - столицу соседнего штата, а значит, являющейся крайне важной для
наркоторговцев, был «расквартировано», по сообщению властей, целое
подразделение, относящееся к картелю Халиско Новое Поколение. В результате перестрелки
погибли стали 42 человека со стороны преступной организации и один полицейский.
В ходе обыска и
во время задержания оставшихся в живых членов банды, на ранчо был обнаружен
значительный арсенал оружия - 36
длинноствольных единиц, две короткоствольных, гранатомет, винтовка Barrett и тысячи патронов. Впрочем, картель
Халиско новое поколение уже прославился своей арсенальной мощью – 1 мая 2015
года им удалось сбить самолет вооруженных сил, по причине чего погибло 9
человек, в ходе беспорядков, которые представители картеля учинили в
Гвадалахаре по причине распространения слухов о задержании одного из их
главарей.
Однако, самым
недавним трагическим событием стала смерть
ребенка в ходе перестрелки, которую федералы устроили не с
наркотрафикантами. А индейскими группами сельской полиции в муниципалитете Акила,
Мичоакан. Идельберто Рейсе Гарсия (Hidelberto Reyes García), 12 лет, погиб, когда бежал в поисках укрытия, по направлению к
ресторану. Когда он вышел в магазин за подгузниками для сестры, ничто не
предвещало того, что спустя совсем немного времени шальная пуля, попадет ему в
левый глаз и оборвет его жизнь. Это случилось 19 июля 2015 , в воскресенье –
жители поселка вышли на шоссе, чтобы перекрыть его, в знак протеста против
задержания Семеи Вердиа (Cemeí Verdía), лидера сельской полиции Акилы, поселка,
в котором проживают представители науа-говорящей народности. Арест Семеи Вердиа
произошёл несколькими часами ранее. Во время перекрытия шоссе гражданские, вооруженные
палками и винтовками, перешли в открытое
наступление на конвой федералов, в составе которых были представители Вооруженных
сил, ВМФ, федеральной полиции и полиции штата.
Жители поселка
обвинили в смерти мальчика солдат. Генерал Фелипе Гуррола, особый комиссар, а
безопасность в Мичоакане (заменивший А. Кастийо, о котором сим. Выше в статье)
опроверг обвинения и заявил на пресс-конференции, что солдаты сделали несколько
выстрелов исключительно в воздух, чтобы рассеять собравшуюся толпу,
преградившую им путь. Свидетельства раненых, тем не менее, опровергают
официальную версию.
“Они не были в воздух. Я не летел по воздуху,
когда получил такую пулю», говорит Дельфино Антонио Алехо (Delfino Antonio Alejo), 17 лет. Пуля попала ему несколькими
сантиметрами ниже пояса, войдя в мягкие ткани бедра. Медики отказались извлекать
ее «Мне сказали, что я так проживу».
Дельфино уверяет,
что видел того, кто стрелял. “Это был солдат», уверяет он без тени сомнения. “В
жилете, на груди написано Мексиканские вооруженные силы”.
По сей день обстановка
в штате не разряжается – помимо столкновений с войсками различные группы самозащиты
в Мичоакане враждуют между собой, и в ближайшее время, разрешить эту проблему
не удастся, так как местные власти бездействуют, а некоторые группы самозащиты
двигаются по пути перерождения в дочерние группировки крупных преступных
организаций.
Общественная
полиция в штате Герреро
С 1995 года в горном
регионе Герреро и возникает общественная полиция, ячейки которой объединяются между
собой, и возникает Региональная координационная организация общественных властей
(CRAC) и в горной части штата
и регионе, называемом Малое побережье (Коста Чика) Герерро. Эта организация располагает
собственной системой безопасности, правосудия и общественной реадаптации
преступников.
Сельская полиция
в Герреро стала появляться во время когда в 80х – начале 90х годов прошлого
века волна разбоя буквально захлестнула дороги между горной частью штата и
Малым побережьем (сегодня это участки шоссе между городами Тлапа (Tlapa) - Маркелия (Marquelia) и Сан Луис Акатлан (San Luís Acatlán) - Маркелия (Marquelia).
Местное население, которое в основном придерживается традиционного уклада жизни,
в духе общинного коллективизма, быстро организовалось с целью самозащиты. К тому
же преступность отрицательно сказалась на развитии сельского хозяйства региона (в
основном кофе) – была парализована система перевозки и необходимых ресурсов
В 2011 г, лидеры населённых
пунктов, в которых проживали метисы или индейцы на юго-востоке муниципалитета Аютла,
организовали опросы жителей, с тем, чтобы обсудить и, по возможности,
согласовать, организацию общественной полиции, которая стала бы подразделением
Региональной координирующей организации поселковых властей (CRAC). Общественная полиция уже продемонстрировала
в горном регионе штата свою эффективность по борьбе с преступностью.
Усилия общественности
по обеспечению безопасности в населенных пунктах происходили на фоне нараставшей
беспомощности силовых структур в административном образовании и на национальном
уровне. Силовые структуры буквально коллапсировали в период войны с наркотрафиком,
предпринятой федеральным правительством с 2006 по 2012 год. Невозможность государства
контролировать общественный порядок привела к отсутствию минимальных условий для
безопасной жизни, физической целостности граждан и их имущества, и стала
поводом для бесчинств, творимых представителями организованных преступных группировок,
которые с 2009 году наводнили регион.
Перестрелки, захват
людей в плен, расправы, трупы на мусорных свалках, преследования на улицах, угон
транспортных средств и комендантский час стали привычной картиной- свидетельством
повсеместного присутствия и могущества криминальных образований, которое все усиливалось
как в городах, так и в населенных пунктах, которые помимо того, что стали
полновластными хозяевами ночи, средь бела дня устраивали свои собственные
операции по поимке не состоящих в их бандах преступников, которых потом передавали
муниципальной или федеральной полиции.
При таких
обстоятельствах не было ничего удивительного в том, что инициативы поселковых
активистов по созданию общественной полиции были восприняты гражданским
населениям с энтузиазмом. Кроме того попытка организовать общественность дала и
другие плюсы – стало возможным сообща создавать или укреплять местные
производственные или обслуживающие инфраструктуры, о чем раньше приходилось
только мечтать.
В ходе деятельности
таких образований стала проясняться ключевая роль индейской общины, как субъекта
обладающего различными правами, в частности для того, чтобы управлять своей
собственной безопасностью и своим собственным развитием.
Поселковые
общинные власти смогли также объединиться с себе подобными посредством таких
организаций, как Ассамблеи Общинных властей Аютлы и Союз поселков и организаций
штата Герреро ( сокращенно UPOEG), итогом которой стала координируемая работа лидеров и активистов. Без
этого не было бы возможным гражданское движение, которое, помимо задач
безопасности, стало ориентироваться на борьбу с маргинализацией и бедностью в
регионе, которые все усиливаются, в силу вакуума власти и полнейшего равнодушия
региональных и официальных властей к нуждам жителей муниципалитетов, и
отсутствия возможностей для улучшения качества жизни в центральной части
Герреро.
Несмотря на такое
позитивное начало, в 2012 году между
различными группами общественных властей начался ряд трений, в основном
обусловленных этническим составом этих групп. Миштекские общины Герреро (самоназвание
на’ сави) пытались отстранить от руководства метисов и взять контроль над организациями
в свои руки. Хотя, по всей вероятности, этнические трения могут быть только
поводом для разногласий, истинной причиной являются какие-то скрытые
обстоятельства.
Пока организаторы
общественного движения на региональном уровне выясняли, «кто в доме хозяин»,
общественное движение самозащиты в Герреро приняло активных характер, под
руководством новой организации UPOEG (см. выше), как ответ на волну похищений, незаконных задержаний, вымогательств,
направленных против крестьян, скотоводов, коммерсантов
Действия общественной
полиции превзошли все ожидания: группами жителей были задержаны 54 преступника,
принадлежащих к крупным группировкам, был нанесен ощутимый удар по преступной
сети наркотрафикантов, действовавшей в городах Аютла (Ayutla), Текоанапа (Tecoanapa) и Лас Месас (Las Mesas) – таков был немедленный результат, продемонстрировавший эффективность
движения. Люди спрашивали себя, почему они столько ждали, почему столько времени
позволяли себя давить.
Расширяющееся
движение общественной самозащиты породило такие ожидания и симпатии, что быстро
распространилось из центрального региона до Малого побережья, Высокогорья и
Акапулько. Однако, в то же время стали раздаваться голоса и чиниться препятствия
против народного суда над задержанными преступниками, который осуществлялся на
основе индейских обычаев и традиций и был обоснован тем, что индейская община
по закону является юридическим субъектом.
В тот же период координационная
организация CRAC (см. выше)
неожиданно отмежевалась от движения общественной самозащиты, которое активно
пропагандировалось UPOEG. По словам представителя CRAC, “мы не против того, что поселковые организации
поднимаются на борьбу с организованной преступностью, но мы и не принимаем в
этом участия. Мы не можем выйти за пределы нашей компетенции».
С другой стороны,
стало нарастать давление на общественную полицию штата, осуществлявшееся консервативной
частью общественного мнения, организаций по защите прав человека, губернатора
штата, глав парламентских фракций национального законодательного собрания,
представителей силового аппарата штата и вооруженных сил – все это давление,
как лавина, обрушилось на общественную инициативу, с тем, чтобы задавить ее.
Разве можно своими руками ловить преступников, да еще передавать их народному индейскому
общинному суду?
Имела место целая
наступательная кампания в СМИ с целью дискредитировать общинный индейский суд, выносящий
приговоры на основе вековых традиций и обычаев, и заставить силы общественной
безопасности передавать арестованных преступников Генеральной республиканской прокуратуре.
Понятно, что при
такой осаде у гражданского движения масштаба одного штата не было шансов на то,
чтобы утвердить свое мнение, так что переговоры с представителями всех
вышеперечисленных органов и организаций стали единственным путем.
Вышеуказанный процесс
безусловно, является политической акцией, важность которого заключается с одной
стороны в обеспечении мира посредством общинного и регионального территориального контроля, а также возможность
вести диалог с общественными организациями и правительственными органами.
Однако, движение общественной самозащиты переживает те же сложности, что и его
аналог в Герреро. Во-первых, в СМИ может быть представлено в самом неприглядном
свете, как союзы незаконных вооруженных формирований – наследников партизанских
групп 60 – 70 х годов прошлого века. Во-вторых, различные организации
общественной полиции оспаривают друг у друга контроль над разными
муниципалитетами. В-третьих, иногда регистрируются стычки представителей
общественной полиции и государственных органов безопасности.
И, конечно, нельзя
забывать, что врагами общественной полиции были и остаются наркотрафиканты. После
нашумевшего события – массового похищения студентов в Игуале UPOEG приняло активное участие в их
поисках. Герреро на сегодняшний день считается самым опасным штатом, из-за
чрезвычайно активности местных картелей в нем, которые вырубают леса для
незаконных посевов растений –наркотического сырья, похищают людей, чтобы
заставлять их работать на этих плантациях, и всех вышеупомянутых преступлений.
После массового
похищения студентов в Игуале, когда их поиском занялись власти, полиция, и
общественные организации, стали одна за другой обнаруживаться массовые
захоронения неизвестных лиц в разных частях горного региона штата. UPOEG вместе с родственниками без вести
пропавших много месяцев координирует поисковые работы, ее представители
получили немало угроз преступных организаций, с тем, чтобы активисты прекратили
поиски. Чуть меньше чем за год представители UPOEG обнаружили более двухсот тел, 6 из
которых были опознаны.
Результаты этой поисковой работы имели трагические последствия и другого характера - 15 августа 2015 года активист организации UPOEG, Мигель Анхель Хименес Бланко (Miguel Ángel Jiménez Blanco) занимавшийся систематическими поисками 43 похищенных студентов, был застрелен группой неизвестных в поселке Хальтиангис (Xaltiangus), муниципалитет Акапулько.
Группы общественной
самозащиты существуют и в ряде других штатов, например, в штате Мехико их
присутствие зарегистрировано по меньшей мере в 11 муниципалитетах. Другие
штаты, в которых они зарегистрированы – это Веракрус, Халиско, Морелос, Оахака,
но информации о их деятельности крайне мало.
Результаты этой поисковой работы имели трагические последствия и другого характера - 15 августа 2015 года активист организации UPOEG, Мигель Анхель Хименес Бланко (Miguel Ángel Jiménez Blanco) занимавшийся систематическими поисками 43 похищенных студентов, был застрелен группой неизвестных в поселке Хальтиангис (Xaltiangus), муниципалитет Акапулько.
Оборудование,
используемое группами самозащиты
Коммуникации
Группы общественной
самозащиты в различных штатах часто используют для коммуникации радиотелефоны и
коротковолновые радио. Так называемая «габача» это приемник и передатчик,
используемый участниками групп самозащиты для коммуникации между собой, и,
поскольку оно ловит сигналы других групп на той же волне, часто такое
устройство используется участниками картелей для шпионажа. Самое популярное название
у этого аппарата - сканер.
Вооружение
Поначалу группы
общественной самозащиты имели в своем арсенале оружие малых калибров, охотничье
оружие, винтовки калибра 22 (эти последние разрешены к использованию
гражданскими лицами Министерством Национальной обороны, SEDENA), но постепенно при задержании их
участников представители вооруженных сил изымали у них оружие крупного калибра (M4, AKM, MP5, G3, M60). Даже бывали случаи, что в арсенале групп
самозащиты снайперские винтовки BARRETT 50го калибра. По этой причине федеральное правительство приказало
провести разоружение групп общественной самозащиты, но реализовано это так и не
было. Также федеральные власти приказали всем представителям общественной самозащиты
произвести регистрацию оружия в SEDENA и держать оружие только у себя дома, по месту регистрации. Лицам,
вступавшим в отряды сельской полиции, которая начала формироваться на основе групп
самозащиты, власти начали выдавать регламентированное оружие, М4.
Транспортные средства
Мичоаканские группы
самозащиты имеют в своем распоряжении транспортные средства самого разного типа
и производителей, в большинстве своем изъятые у банд Рыцарей-Тамплиеров. В интернете,
помимо этого, появлялись фотографии автомобилей, оснащенных самодельными
защитными устройствами.
Столкновения с
федеральными силами
В конце 2012 - начале 2013, как уже было сказано выше, стихийно сформировавшиеся группы общественной
самозащиты, начали контролировать части некоторых муниципалитетов, с тем, чтобы
«отвоевать» эти регионы штата у картеля Рыцарей Тамплиеров. По словам представителей
самозащиты оружие крупного калибра было отвоевано либо конфисковано у наркотрафикантов
в ходе столкновений с этими последними, хотя существует мнение, что оружие этим
группам поставлялось от Картеля Халиско Новое поколение (Jalisco Nueva Generación), помимо того, что они еще и финансировались этой преступной организацией,
враждовавшей с Тамплиерами. Поскольку
движение самозащиты рождалось стихийно, были нередки конфликты с
представителями вооружённых сил, поскольку сдавать оружие властям представители
несанкционированных вооруженных формирований не желали.
В 2014 году, в
период, когда Ипполито Мора Чавес баллотировался
в федеральные депутаты от 12 избирательного округа Мичоакана, его дважды
арестовывали, один раз - по обвинению в убийстве и похищении, второй – за
участие в вооруженном столкновении, в котором погиб его старший сын
(столкновение произошло с другим несанкционированным вооруженным формированием,
группой самозащиты, возглавляемой Антонио Торресом, по прозвищу Американо.
Однако, впоследствии, из-за недостатка доказательств оба раза Мору Чавеса
выпускали на свободу.
Др. Мирелес Вальверде,
другой лидер группы самозащиты (см. выше), тоже был арестован – за хранение
оружия, которое является исключительным для пользования вооруженных сил. Также он
обвинялся организации убийства 5 человек из другой группы самозащиты в
Чикиапане (Chuquiapan), около
Калеты де Кампос (Caleta de Campos). Хотя, есть другая версия – что это пятеро принадлежали к неизвестной
группировке, напавшей из засады на группу Мирелеса,
Тем не менее,
другой факт, доказанный документально, подвергает сомнению репутацию Мирелеса –
а именно, что он находился в заключении с 1988 по 1992 году за культивацию
конопли. И хотя с тех пор прошло немало лет, а Мирелес, выйдя из-заключения вел
безупречный образ жизни и стал общественным активистом, этот факт – отличный
повод для противников движения самозащиты, чтобы обвинить эти последние в
пособничестве наркокартелям.
Узаконивание стихийных вооруженных формирований
Некоторая часть групп
общественной самозащиты была узаконена властями, превратившись в подразделения сельской
гвардии или сельских вооруженных сил. Первые находятся под командованием Министерства
национальной обороны (SEDENA),
а вторые – под командованием полиции штата. Хотя, немало формирований продолжает
существовать автономно, отказываясь зарегистрировать свое оружие.
Переговоры групп общественной самозащиты в Мичоакане с властями до сих пор не принесли большого результата - оружие не сдано, ряд лидеров во время нападений неизвестных, Мирелес в трьме, диалог с властями, в том числе и федеральными идет крайне тяжело. движение мичоаканских групп самозащиты со временем получило название Революция 3.0., или мичоаканская революция, так как лидеры своей главной целью считают наведение порядка во всех проблемных регионах штата и прямые переговоры с президентом страны об организации силовых структур и безопансоти в Мичоакане. В случае, если этого не произойдет, Мирелес Вальверде заявил. что группы самозащиты будут организовывать революционное движение, в ходе которого к власти в штате и стране должны прийти другие люди. Все это еще больше дестабилизирует обстановку в Мичоакане.
Переговоры групп общественной самозащиты в Мичоакане с властями до сих пор не принесли большого результата - оружие не сдано, ряд лидеров во время нападений неизвестных, Мирелес в трьме, диалог с властями, в том числе и федеральными идет крайне тяжело. движение мичоаканских групп самозащиты со временем получило название Революция 3.0., или мичоаканская революция, так как лидеры своей главной целью считают наведение порядка во всех проблемных регионах штата и прямые переговоры с президентом страны об организации силовых структур и безопансоти в Мичоакане. В случае, если этого не произойдет, Мирелес Вальверде заявил. что группы самозащиты будут организовывать революционное движение, в ходе которого к власти в штате и стране должны прийти другие люди. Все это еще больше дестабилизирует обстановку в Мичоакане.
По материалам мексиканского Интернета и Wikipedia